Некрасов Михаил
Сбор на планшет с программой для общения 19-летнему Михаилу с аутизмом. Он не говорит, но хочет быть услышанным
Сбор завершен
О сборе
К нам обратилась мама Михаила. Мальчик родился здоровым, но после наркоза в два года всё изменилось. Мы публикуем её историю.
«Здравствуйте! Меня зовут Марина. Моего сына зовут Михаил, ему 19 лет. У него первая группа инвалидности.
Моя беременность и роды прошли легко. Даже насморка не было. Проблемы начались после наркоза в два года. Пропала речь, появилась гипервозбудимость. В пять лет Мише поставили ранний детский аутизм.
Самая большая проблема — это нарушение социализации, страхи и истерики, снижение понимания обращённой речи. Сейчас Миша испытывает трудности в общении, почти не пользуется речью. При этом он может обслуживать себя дома. Навыки самообслуживания сформированы. Может выполнять несложную домашнюю работу, помогает мне готовить, но ему нужен руководящий контроль.
Мы часто сталкиваемся с непониманием окружающих. Взрослый парень может на улице заплакать или засмеяться по невидимой для других причине. Люди не понимают, отворачиваются. Это больно.
Мы живём в маленьком городке. Специалистов не хватает. Раньше, когда помощь была нужна особенно остро, никто не брался. Аутизм пугал всех — не знали, что это, как к этому подступиться.
Я работаю в системе долговременного ухода, зарплата небольшая. Возможностей свозить Мишу на реабилитацию очень мало. За всю жизнь мы были на реабилитации, наверное, раз двадцать. Ездили в Москву, Екатеринбург, Санкт-Петербург. Результат есть: идёт развитие, улучшаются коммуникативные навыки, понимание речи.
Сейчас Мише очень нужен планшет со специальной программой для коммуникации неговорящих людей. С ним он сможет объяснять, что его беспокоит, меньше переживать и нервничать. Старый планшет, в котором такая программа была, сломался. Теперь общаться стало нечем. Это беда для нашей семьи.»
Миша взрослый парень с аутизмом, который хочет общаться, но не может. Планшет с программой для коммуникации поможет Мише выражать свои мысли, объяснять, что его беспокоит, и спокойно общаться с близкими.
К нам обратилась мама Михаила. Мальчик родился здоровым, но после наркоза в два года всё изменилось. Мы публикуем её историю.
«Здравствуйте! Меня зовут Марина. Моего сына зовут Михаил, ему 19 лет. У него первая группа инвалидности.
Моя беременность и роды прошли легко. Даже насморка не было. Проблемы начались после наркоза в два года. Пропала речь, появилась гипервозбудимость. В пять лет Мише поставили ранний детский аутизм.
Самая большая проблема — это нарушение социализации, страхи и истерики, снижение понимания обращённой речи. Сейчас Миша испытывает трудности в общении, почти не пользуется речью. При этом он может обслуживать себя дома. Навыки самообслуживания сформированы. Может выполнять несложную домашнюю работу, помогает мне готовить, но ему нужен руководящий контроль.
Мы часто сталкиваемся с непониманием окружающих. Взрослый парень может на улице заплакать или засмеяться по невидимой для других причине. Люди не понимают, отворачиваются. Это больно.
Мы живём в маленьком городке. Специалистов не хватает. Раньше, когда помощь была нужна особенно остро, никто не брался. Аутизм пугал всех — не знали, что это, как к этому подступиться.
Я работаю в системе долговременного ухода, зарплата небольшая. Возможностей свозить Мишу на реабилитацию очень мало. За всю жизнь мы были на реабилитации, наверное, раз двадцать. Ездили в Москву, Екатеринбург, Санкт-Петербург. Результат есть: идёт развитие, улучшаются коммуникативные навыки, понимание речи.
Сейчас Мише очень нужен планшет со специальной программой для коммуникации неговорящих людей. С ним он сможет объяснять, что его беспокоит, меньше переживать и нервничать. Старый планшет, в котором такая программа была, сломался. Теперь общаться стало нечем. Это беда для нашей семьи.»
Миша взрослый парень с аутизмом, который хочет общаться, но не может. Планшет с программой для коммуникации поможет Мише выражать свои мысли, объяснять, что его беспокоит, и спокойно общаться с близкими.
Истории помощи
Здесь мы делимся результатами нашей общей работы — историями реальных изменений.
Мы рассказываем о подопечных: какие средства реабилитации или курсы реабилитации они получили благодаря вашей поддержке. А также о том, как мы помогаем государственным социальным центрам и школам оснащать кабинеты современным оборудованием и техникой.
Мы рассказываем о подопечных: какие средства реабилитации или курсы реабилитации они получили благодаря вашей поддержке. А также о том, как мы помогаем государственным социальным центрам и школам оснащать кабинеты современным оборудованием и техникой.